Дай только повод

Акт I: Просроченное сердце

Глава 1: Корень хвори

Бесконечное множество деревьев в окне смешивались в одну размытую кашу. Сосны, дубы, пихты, всё пролетало мимо. Изредка в окошко поезда можно было увидеть просторные поля. На них безустали горбатились фермеры, размываясь в общем потоке скорости. Молодой наследник прислонил висок к холодному стеклу. Усталые карие глаза лениво фокусировались на сменяющих друг друга пейзажах. Длинные рыжие волосы спутались, прижатые лицом к стеклу. Юноша не переставая шмыгал, и вытирал нос длинным рукавом лазурного бархатного плаща. Природа изрядно наскучила парню, и он отстранился от окна. Голова упала на слегка выцветшее красное кресло. Взгляд переметнулся на отца. Безучастные глаза короля смотрели в газету. Свет бликами бегал по очкам. Короткие рыжие волосы были аккуратно прилизаны. В образе правителя не прослеживалось никакой роскоши. Вместо королевской мантии, на теле был поношенный военный мундир. Мужчина заметил на себе пристальный взгляд отпрыска, и оторвался от газеты.

— Что-то не так, Эрисия? — Одновременно заинтересованным и безэмоциональным голосом спросил король.

— Нет, отец. — Принц снова уставился в синеву дневного неба за окном. — Тоскливо.

Правитель хмыкнул. Он свернул газету, и положил её на небольшой столик перед собой. Приспустив с носа очки, он внимательнее вгляделся в глаза юноши.

— На то есть причина?

— Никак нет. — В голосе прозвучала нотка лжи.

— Тебя беспокоит твое венчание?

— Да, беспокоит.

— Расскажешь чем?

Наследник переменил взгляд на отца. Его полумёртвые и безучастные глаза всё также были уставлены на сына. В глазах читалась усталость. Короля сильно вымотала церемония, и он уж точно не хотел выслушивать жалобы на неё, но должен был. Эрисия понимал, что его нытьё ничего не решит, но раз уж спросили, надо было ответить.

— Меня беспокоит то, что я её даже ни разу не видел.

— Она красавица каких не сыскать.

— Я верю, но… — Принц недоверчиво опустил глаза в пол вагона. — Что если она не в моём вкусе?

— Поговаривают, что Линда очень хозяйственная девушка.

— А что толку? Во дворце всё делают слуги. Они и готовят, и убирают, и воспитывают детей. Мне от неё нужна красота, а не хозяйственность. — Тон сменился с разачарованного, на более дерзкий. — Я не буду трахать мерзкую свинью!

Король закатил глаза, после чего злобно уставился на сына.

— Ещё раз я услышу такие непристойные выражения в адрес прекрасной принцессы не менее прекрасного государства Фати́лии и ты окажешься под домашним арестом в усадьбе.

— Я и так под ним! — Наследник становился всё агрессивнее. — Мне надоело проводить месяцы в захолустье в киллометрах от столицы. Я хочу пировать во дворце, ходить по балам, делать то, чем занимается вся знать при дворе!

— Довольно. — Строго, но умеренно тихо произнёс правитель. — Я не потерплю истерик по пути в Фатилию.

“Конечно, как иначе.” — Раздражённо пронеслось в мыслях у Эрисии.

— А где ты сможешь перетерпеть мою истерику? Может за пределами грёбаной усадьбы! Если я тебе так надоел с истериками, то…

— Хватит. — К строгости прибавился крик. Перебив сына, отец определённо его озадачил. Лицо наследника застыло с открытым ртом. — Если ты продолжишь, я позову господина Савьена.

— Отец, это не “корень хвори”. — С отвращением вырвалось из уст Эрисии. — Меня не нужно травить лекарством, сейчас я зол не из-за болезни, а из-за того, что меня не устраивает церемония бракосочетания.

Наследник взял в руку стакан воды. Поверхность жидкости дрожала, как и рука юноши. Он приблизил стакан ко рту, и сделал пару неуверенных глотков, после чего с грохотом поставил сосуд на стол. Вода расплескалась в стороны, а пальцы всё ещё крепко держали стекло.

— Госпожа Фа́рина для меня более желанна в плане супруги. Ты точно видел её на пиру после стрелкового турнира. Она дочь комиссара Чарна из ген-штаба.

— Твоя невеста была определена задолго до твоей встречи с госпожой Фариной.

— Кем определена, батюшка? — Принц приподнялся, оперевшись на шаткий стол. — Дай угадаю, адмирал Мо́рис подсказал тебе пассию?

— Эрисия, не начинай.

— Не начинать что? Морис слишком многое решает, я же не слепой! Ты месяцами в усадьбе, а по возвращению во дворец совершается столько изменений. Ты никак не мог повлиять на них с такого расстояния!

— Послушай, ты всегда был смышлённым, определённо умнее многих своих сверстников. Потому ты должен понять, что для нас безопаснее проводить много времени в усадьбе. В стране много убийц, часто зреют заговоры. В стенах дворца слишком опасно. Адмирал Морис может вырвать эти сорняки с корнем. Он просто оказывает услугу.

— Нет, он не просто оказывает услугу, отец. Он захватил власть… Нет… Ты её ему отдал.

— Это всё ради твоего же блага. Адмирал лишь исполняет мои обязанности, покорно передавая брозды правления, когда я того прошу.

— Когда ты в последний раз об этом просил?

Ответа не последовало. Только шум колёс, бьющихся о рельсы. Отец одарил сына возмущённым взглядом, после чего развернул газету, и продолжил глядеть в неё. Он давно дочитал сводки новостей, просто хотел увернуться от разговора с Эрисией. Как всегда. Наследник вновь устало примкнул к окну, в ожидании неизбежного.

⋘ ──── ∗ ⋅◈⋅ ∗ ──── ⋙

Эрисия шаркал ногами, безжеланно переходя мост. Глаза были опущены вниз, следили за небольшим камушком, который пинали ноги. Резко в бок прилетел локоть отца. Наследник закряхтел, и поднял взгляд сначала на короля, потом вперёд. Глаза восхищённо пробегались по возвышенному над водой утёсу, на котором стоял громадный дворец. В гигантский камень били волны, но он не поддавался влиянию воды. Скала возвышалась так высоко над морем, что её тень затмевала собой путь. Над всем этим возвышался гигантский дворец. На крыше высились к небу башни, купола которых были сделаны из розового золота. Большие кирпичи из белого камня были идеально чистыми. Эрисия не мог оторвать взгляд от широких арок, пролегающих между башнями, имитируя мосты. Заворожённый видом дворца, юноша совсем не заметил спереди себя делегацию Фатилии. Громадные рыцари-вышибалы, с кристально бледными доспехами и молотами наперевес. Несколько писарей, не так роскошно одетых. И во главе всего этого собрания — тучный мужчина с громадным животом, который едва не разрывает дорогущую пурпурную рубашку. Длинные тёмные волосы переливаются в не менее длинную бороду. Мужчина развёл руками, в жесте объятий, и улыбнулся.

— Приветствую вас, Ильдар Неофит Третий, король громадного Силивара! — Распевно, с ужасным акцентом проговорил делегат.

— Спасибо за гостеприимство, Чайду Иссари, царь прекрасной Фатилии. — Менее пафосно проговорил король, неумело поклонившись.

Чайду направил свой радостный взгляд на наследника. Он ещё больше расплылся в улыбке.

— И конечно же мы приветствуем вас, Эрисия Неофит, наследник и суженый принцессы Линды. — Заботливо прошептал Иссари.

Делегаты пересматривались, подмигивая друг другу. Такое внимание изрядно напрягало наследника. Эрисия схватился за край плаща, поморщившись. Чайду не предал этому значения, и снова повернулся к королю Силивара.

— Чтож, чего мы ждём? Попрошу вас пройти во дворец, и присоединиться к нашему пиру в честь молодожёнов!

— С удовольствием принимаю ваше предложение. — Нотка усталости послышалась в голосе короля.

Царь подошёл к Ильдару, и взял его под руку. Тот растерялся, не понимая обычаев чужеземцев, но вырываться не стал. Медленным шагом они вошли в тень, всё ближе ко дворцу.

⋘ ──── ∗ ⋅◈⋅ ∗ ──── ⋙

— И кто не пьёт, того не ждёт, великого рая свет! — Музыканты громко распевали в углу зала, оставаясь незамеченными из-за шторки, но привлекая внимание своим шумом. — А что убьёт наскучивший день? Великий и жданный обет!

Наследник тыкал серебрянной вилкой в ножку индейки, заторможенно обводя взглядом всё помещение. Громадный тронный зал, наспех переделанный под пировую комнату. Высокие колонны возвышались над головами, и от них во все стороны, словно ветки, расходились арки. Хрустальные люстры доставали почти что до пола, настолько они были большими. И длинные столы, протянувшиеся вдоль стен. На троне, перед самым большим столом, восседал царь. По правую руку от него сидела его жена, укутанная в зелёную ткань. Ни лица, ни форм не было видно. Один сплошной зелёный треугольник, которому не дано ни право голоса, ни право брать что-то со стола. Она просто сидела рядом, доказывая, что царь, на старости лет, всё ещё способен оседлать женщину.

Голова разболелась от музыки. Весь этот фарс, скомканные на скорую руку стихи, в которых едва читалась рифма. Всё это так сильно действовало на нервы, что наследник совсем не заметил, как таранит вилкой столешницу, вместо еды. Немного потупившись, он повернулся к отцу. Король сидел неподвижно с того момента как они вошли. Еда оставалась нетронутой. В руках раскрыта газета. Та же, которую правитель читал в поезде. Эрисия устало фыркнул.

“Зачем обманывать себя же, перечитывая одно и то же сотни раз?” — Напрашивалось в голове юноши.

Но ответа к сожалению было не найти. Ильдар всегда был странным правителем. Его больше беспокоила собственная безопасность и безопасность его семьи. Он всегда пытался достигнуть абсолюта любой ценой. Запирать родных в усадьбе, подавлять свои эмоции, защищать имидж семьи, всё это тяжким грузом свалилось на плечи правителя. Наследнику было жаль его, но обида была сильнее. Никакой свободы. Ни в перемещении, ни в выборе. Эрисия был товаром, а отец опытным продавцом, что смог впарить свою дешёвку втридорога.

Вдруг, зазвучали фанфары. Странствующие музыканты закончили петь, и через шторку были видны кланяющиеся тени. По бокам от входных ворот двое рыцарей завывали в трубы. Под громкие аплодисменты присутсвующих гостей, двери распахнулись. Сначала в зал вбежали фрейлины, утончённые красавицы. Прекрасные лица закрывал белый тюль. После того, как девушки, пританцовывая, расположились вдоль ковровой дорожки, в зал вошла она. Жирная женщина, которая выглядела лет на пятьдесят, еле еле совершала шаг за шагом. Красивое свадебное платье было измазано в жире от еды, которой принцесса обжиралась в собственной спальне. Толстые щёки мешками свисали с лица. Веки также обвисли закрывая глаза. Как она вообще видит? — Главный вопрос при виде этой “красавицы”.

Эрисия раскрыл рот от удивления. Глаза не моргали уже как с минуту, пока Линда добиралась до отцовского престола. Когда та наконец подошла, её встретило непосильное испытание. Три небольших ступени. Принцесса попыталась поднять ногу, но потеряла равновесие и чуть не упала. На помощь быстро подоспели четверо громил-рыцарей, которые с тяжёлыми вдохами подняли её на возвышение, на котором стоял трон. Чайду обошёл длинный стол, и подошёл к дочурке. Голова нагнулась поближе к этому мясному отродью, и губы начали целовать её лицо. Наследника чуть не вырвало от этого. Затем принцесса развернулась к столу, где сидела делегация Силивара. Линда с большим усилием подняла жирную лапу и выдвинула указательный палец в сторону Эрисии. Царь кивнул.

Принцесса начала медленным шагом идти к своему суженому, совсем не замечая порог. Несколько рыцарей сразу подоспели, готовые схватить её, если она упадёт. Отвисшая челюсть Эрисии наконец вернулась на место вместе с осознанием. Он вскачил с места, ткнув пальцем в Линду.

— Стой где стоишь! — Испуганным голосом выдал юноша. — Не трать силы!

— Как заботливо с вашей стороны. — Еле промямлила девушка. Её рот был закрыт громадной губой, которая мешала говорить.

— Это не забота, а рекомендации к выживанию! — Эрисия продолжал тыкать пальцем. Голос становился всё громче и громче, а тело трясло. — Ты — тварь какую ещё сыскать надо! Я думал, что орки это выдумка, но видимо вот он, последний представитель грёбаных орков! Удивительно, что у тебя кожа не зелёная!

Чайду и все присутствующие раскрыли рты от удивления. Девушка некоторое время похлопала гигантскими веками, после чего из под них ручьями хлынули слёзы. Её плач звучал как вой стаи волков. Отец ткнул наследника в бок.

— Извинись, живо. — Прошептал он сквозь зубы.

— Да пошёл ты, старый урод!

Эрисия схватил отца за горло. С нечеловеческой силой он поднял его со стула, высоко над своей головой. Рука совсем не тряслась, сил откуда-то хватало. Ильдар схватился за руку сына, бил её, кусал, но всё без толку. Изо рта наследника потекла пена. Король так бы и погиб в хватке отпрыска, если бы сзади к юноше не подбежали солдаты Силивара.

Гигантские ладони в синих парадных мундирах обхватили Эрисию сзади. Большие меховые шапки чуть не спали с голов боевиков. Ильдар выпал из хватки, приземлившись на стол, и проломив хрупкую доску. Наследник дёргался в хватке солдат. Пена брызгала во все стороны, а зрачки бешено бегали в глазах.

— Ненавижу, ненавижу! — Кричал Эрисия. С каждым вскриком голос становился всё неестественнее.

Неожиданно для всех присутствующих, из темноты между колоннами вышел горбатый мужчина средних лет. Растрёпанные русые волосы стояли дыбом, будто гостя ударило током. В одной из глазниц находилась позолоченная сфера. Мужчина обошёл стулья и гостей, подойдя впритык к наследнику. Тот продолжал брыкаться, крепкие солдаты еле удерживали его. Лекарь достал из кармана шприц с гигантской иглой, и занёс над головой. Некоторое время погодя, он прицелился, и тыкнул им прямо в глаз наследника. Тот некоторое время сопротивлялся, но силы покидали его, пока тело полностью не обмякло. Солдаты аккуратно положили его на пол. Эрисия мирно посапывал.

Лекарь хмыкнул, спрятал шприц в карман длинной кожаной рубахи, и пошёл обратно в тень. Ильдар схватился за край столешницы, и еле смог встать с проломленных деревяшек. Часть из них впилась в бока. Король держался за горло.

Наконец, возмущённый царь обвёл пальцем стол делегатов Силивара, и указал в небо.

— Это возмутительно. — Медленно начал Чайду, постепенно повышая громкость. — Немедля проваливайте с Фатилии! Чтобы я больше не видел ни одного делегата Силивара у себя во дворце! И так будет с каждым, кто посмеет оскорбить мою прекрасную дочурку!

⋘ ──── ∗ ⋅◈⋅ ∗ ──── ⋙

Снова горн, снова вызов. Лекарь еле переставлял ноги, поднимаясь по нескончаемым ступенькам дворца. Каждый раз когда кто-то трубил в этот чёртов горн, приходилось нестись с другого конца королевства на выручку принцу, чтобы чёртова болезнь не захватила его дурную голову. Савьен мысленно ненавидел всех. Короля, наследника, солдат, да и весь Силивар. Но работа есть работа. Никто кроме него не может подстраиваться под корень хвори, и правильно изменять лекарство. Никто кроме него не способен ткнуть в глаз обезумевшему дикарю с нечеловеческими силами.

Ступенька за ступенькой, подьём не заканчивался. Стены узенького лестничного проёма давили со всех сторон, но Савьен уже привык. Бесконечная рутина, всё из чего состояла его жалкая жизнь. Наконец, он переступил порог лестницы, поставив ногу на этаж, где находились покои короля. Сейчас его величество готовится к отъезду в усадьбу после короткого визита в столице. Видимо принцу снова не понравилась эта идея, и ничего лучше, чем пригрозить дяденькой со шприцом, непутёвый папаша не придумал.

Шаг за шагом, всё сильнее были слышны крики.

“Бытовой спор” — Подумал Савьен.

Однако чем ближе он подходил к покоям, тем больше деталей прояснялось.

— Эта тварь выглядит даже хуже чем свинья! — Слышался обозлённый голос Эрисии.

— Да мне плевать! Хоть как корова! Ты должен отыметь эту суку во все дыры и заделать наследников для Силивара!

Удивительно, услышать крик его величества очень редкое событие. Возможно к удаче. Савьен ухмыльнулся. Разбитая губа заболела, и на лице снова застыла угрюмая гримасса. И вот, рука на двери. Лекарь хотел было открыть, но дверь не поддалась. Он подёргал её ещё пару раз, но всё бестолку. Савьен нахмурился, и со всей силы дёрнул дверь на себя, но та лишь заскрипела. Крик всё усиливался.

— Я никуда не поеду!

— Нет поедешь! Пока я король, мои решения закон, и ты должен повиноваться!

Савьен согнулся, и упал на колени. Больные ноги заныли, но боль сейчас не сильно беспокоила лекаря. Он лёг на пол, и заглянул в небольшую щель между дверью и половицами. Обойдя комнату взглядом, глаз зацепился за две тени. Они явно были в спальне. Повезло, что из-за света свечей их тени отражались на стену небольшой приёмной. Отец стоял вплотную к сыну. Его тень возвысилась над ним, властная и громадная. Но чем громче кричал Эрисия, тем выше была его собственная тень.

— Ты не король, а жалкая пародия на него! Ты отдал власть узурпатору и лжецу!

— Да как ты смеешь так говорить со своим от…

Голос Ильдара затих. Тень рукой Эрисии схватила отца за горло. Вторая юркнула в карман, и Савьен сумел распознать силуэт ножа, который достал юноша.

— Сын мой… Что ты делаешь?.. — Прохрипел король, из последних сил.

— Я становлюсь королём, отец! — Огрызнулся Эрисия.

Громкий удар. Всхлип крови, терзание плоти, хруст костей. Рука с чудовищной силой вонзала нож в тень правителя. Та становилась всё менее разборчивой. Темнее и темнее, ужаснее и кривее. Различить человека с каждой секундой было всё сложнее. Шум стих. Тело отца издало последний звук, упав на пол. Голова тени Эрисии глянула вниз, а затем повернулась в дверную щель, прямо на Савьена. В этот момент ему показалось, что из темноты на него смотрели глаза. Это был не Эрисия, за него в душу лекаря смотрел корень хвори.

Савьен вскочил на ноги, громко ударившись о дверь.

— Кто там? — Крикнул наследник.

“Всё. Закончилась карьерная лестница. Она и так имела не больше трёх ступеней, а теперь обзаведётся спуском в подвал.”

Глава 2: Его величество обман

— Чёрт, чёрт, чёрт. — Шептал сквозь зубы Савьен.

Колени подкосились. В моменте он ощутил всю тяжесть ситуации на плечах. Король убит. Собственным, на голову больным, сыном. И теперь это чудовище стоит прямо за дверью, готовое придушить любого свидетеля этого убийства. Во рту стало сухо. Хриплый кашель непроизвольно вырвался из гортани, подтвердив своё присутствие. Лекарь встал перед дверью как вкопанный, медленно пятясь назад. В замке послышался скрежет. Глаза моргали всё чаще. Тяжесть век неумолимо повышалась с каждой секундой ожидания, которые ощущались часами.

Дверь с грохотом распахнулась. Принц вышел из комнаты. Свеча за его спиной бросила на пол тень. Гигантскую, затмившую собой Савьена. Язык присох к нёбу.

— В-ваше величество! — “Что я говорю, какое величество! Я же не должен знать о смерти короля! Принц есть принц, его уж точно не назовёшь величеством! — То есть, ваше преосвященство. — “Господи, ещё хуже. Лучше бы вообще не исправлялся.”

— Что ты здесь делаешь, Савьен? — Пророкатал грозный голос. Голос корня хвори, не наследника.

— Шёл… — “Сказать о лекарстве сейчас — обречь себя на мучительную гибель.” — Шёл в свою комнату! Да, в свою комнату!

Лекарь громко сглотнул, поморщившись. Острый ком застрял в горле.

— Твоя комната находится вне дворца. — Подозрения в голосе принца не прослеживалось. Всего-лишь адская ненависть, из-за которой тот брызжал слюной, ничего необычного для наследника.

— Ошибся! Такое иногда быв…

Тяжёлая рука схватила Савьена за горло.

“Самому то не надоел этот приём?” — Ненароком пронеслось в мыслях.

Наследник прилагал всё больше усилий, поднимая лекаря над землёй. Ноги оторвались, и начали беспомощно болтаться, пытаясь нащупать пол. Единственный глаз чуть не вылез из орбиты. Костлявая рука, дрожа от нехватки кислорода, потянулась в карман. Пальцы зацепились за холодный металл. Времени чтобы прицелиться на было. Один удар, решающий. Либо смерть, либо удача.

“Лишь бы попасть.”

Всё вокруг замерло. В глазах мутнело. Мысль повторялась из раза в раз, пока не прозвучал тупой звук удара кулака о лицо. В нём был сжат шприц, игла которого попала ровно в глаз. Хватка Эрисии постепенно слабела, вместе с тем к Савьену возвращались силы. Пальцы окончательно ослабли, отпустив жертву. Мужчина упал на колени, держась за горло, и хватая ртом воздух. Подняв голову, он глядел на обескураженное выражение принца. Грозная маска спадала, и медленно к нему приходило осознание. Жаль, что сон пришёл быстрее. Наследник с грохотом упал на спину. Из открытого рта потекла струйка слюны, оставляя на полу небольшую лужицу.

— Господи… Я живой… Ха-ха… — Истеричный и тихий смех вырвался из недавно пережатого горла.

Савьен опёрся руками о грязный пол, и медленно поднялся на ноги. Трясущиеся руки отряхнули пыльные штаны. Эти же грязные ладони прошлись по лицу, вытирая пот. Лекарь томно выдохнул, подняв голову вверх, и закрыв глаза. Челюсть обвисла, то ли от усталости, то ли от удивления, что вообще удалось попасть в глаз.

“В следующий раз желательно всё-таки прицелиться. Не готов я идти на такие риски.”

Следующего раза больше не будет. Никогда.

⋘ ──── ∗ ⋅◈⋅ ∗ ──── ⋙

— Безоговорочно, ситуация с Линдой обескуражила правителей Фатилии, но лишнего шума они не поднимут.

— Я бы на вашем месте не был так уверен, адмирал Морис.

Из-за широкого стола встал небольшой пухлый мужчина, похожий на мячик. Лысая голова, на которой красовалась пара идеально прилизанных волосков, и козлиная бородка. Вишенкой на торте был монокль, придававший смешному образу немножко статности. Комиссар поднял палец, протестуя заявлениям адмирала.

— Между Силиваром и Фатилией с давних времён очень напряжённые отношения. Этот брак был последней надеждой на шаткий мир. Однако теперь, они не просто не сделаются нам союзниками, они могут сделаться нам злейшими врагами. Оскорбление королевской особы достаточно тяжкий грех на душу принца.

Адмирал хмыкнул. Седые волосы, с редкими тёмными участками, были растрёпаны. Солдату не был важен внешний вид, для него в приоритете была спешка. Чем быстрее, тем лучше — девиз Мориса. Уставшие зелёные глаза взглянули на советника, обдумывая мысль. Рука бегала по синеватому мундиру, ногтем поддевая пуговицы.

— Комиссар Крич, в ваших предположениях действительно есть доля правды, но Чайду Иссари не рискнёт начать войну. Иссари никогда не рискуют. Да и чего нам бояться, наша армия куда больше и влиятельнее во всём заливе. В плане оружия мы превосходим их в двое, засчёт использование силирных винтовок.

— Адмирал, извините что перебиваю-с. — Грубый голос, с лёгким иноземным акцентом, встрял в диалог.

Темнокожий старик с длинными седыми неухоженными волосами вертел в руках фигурку, используемую для обозначения войск на карте. Рукав дорогого делового костюма то и дело закрывал собой её. Пиджак явно не по размеру, за то удобный, не считая длинных рукавов.

— Во первых, я бы на вашем месте бережнее относился к советам комиссара Крича. Понимаете-с, не зря он был назначен командовать внешней политикой. Его опыта точно хватает для построения верных прогнозов-с.

— А во вторых?

Комиссар прикусил губу, призадумавшись.

— Как бы вам сказать-с… — Иностранец хмыкнул. — Понимаете-с, силир очень опасное соединение, и винтовки используются только в крайнем случае. Я бы не хвастался ими раньше времени, пока они не доработаны-с.

— Это как раз таки ваша работа, комиссар Бриното́с.

— Понимаете-с… Силир слишком…

— Нестабилен! — Вскрикнул Савьен, с грохотом распахнув двери совещательного зала. — Принц слишком нестабилен!

Адмирал кивнул Кричу, и тот резким движением сдёрнул карту со стола. Деревянные фигурки покатились следом, падая на пол.

— В каком смысле нестабилен?

— Состояние болезни с каждым днём всё тяжелее. Несколько часов назад он…

— Он? — Обеспокоенно спросил Морис, оперевшись о стол руками и приподнявшись.

— Он придушил короля.

У адмирала обвисла челюсть. Он так и стоял, опираясь на стол и моргая глазами, смотря в пустоту. Комиссар Крич истерично закашлял, хватая ртом воздух. Остальные комиссары затихли, склонив головы.

— Почему вы сообщили об этом так поздно?

— По той же причине, по которой совещательный зал находится вне дворца. Знаете как тяжело уйти с места убийства его величества?

— Представляю.

Адмирал упал обратно в кресло, прислонив ладонь ко рту.

— Эрисия объявил меня убийцей, это я узнал, когда меня чуть не задержали по пути к вам.

— А с чего бы вам не являться убийцей? — Комиссар Чарна, высокий мужчина с идеально гладкими волосами, с подозрением глянул на Савьена. Его рука дрожала, а вместе с ней весь тюль на дорогом театральном платье.

— Отставить. — Громогласно скомандывал Морис. — Савьен был назначен на должность лекаря лично мною. Сомневаться в его верности, равнозначно сомнению в моей верности.

— Так точно.

Комиссар сложил руки на груди, недовольно отвернувши голову от лекаря в дверном проёме.

— Вернёмся к принцу. Если он объявил вас в розыск, то логично предположить, что он овладел уберполномочиями.

— Вполне логично, учитывая, что убийца короля, по его версии, на свободе. Само собой Эрисия вступил в должность раньше коронования. — С лёгким разочарованием подметил Крич.

— Нам нельзя этого допустить. Мы найдём его преосвященство, и приведём в норму. Позже решим вопрос с престолонаследием, но Эрисия не сможет править Силиваром.

— Адмирал Морис!

В дверь ворвался ещё один непрошенный гость. Солдат, одетый в парадную синюю форму с меховой высокой шапкой. Сапоги увеличивали его рост под два метра, из-за чего походка бойца была неуклюжей.

— Его величество Эрисия вступает в должность короля в амфитеатре. Вы обязаны присутствовать.

Лица комиссаров заметно помрачнели. Адмирал прикрыл глаза ладонью, чтобы не видеть ничего вокруг. Лекарь облизнул губы, расплываясь в истерической ухмылке.

— Три часа… — Прошептал Савьен. — Ему хватило трёх часов чтобы захватить власть!

— Вы обязаны явиться, адмирал. — С ещё более перекошенным акцентом воскрикнул Бринтос.

— На собственную казнь? — Справедливо возразил Морис. — Присутствовать мы должны, но не официально. Зайдём с плебейского этажа, смешаемся с толпой, и взглянем на состояние наследника. Может он уже сошёл с ума, и ему не позволят надеть корону.

“Всё ему позволят. Эти идиоты позволят надеть корону даже обезьяне, если у той язык повернётся придумать теорию заговора во дворце.” — Самое правдивое замечание, к сожалению, прозвучало только в мыслях Лекаря.

⋘ ──── ∗ ⋅◈⋅ ∗ ──── ⋙

— Мерзкий убийца, что хотел захватить трон моего отца!

Даже отсюда крик молодого наследника звучал злобно и неестественно, по звериному. Он будто волк, кричал на ночное небо и луну. Савьен протискивался между гражданами, глазами выискивая адмирала, что шёл впереди в рваном балахоне. Повсюду маячили солдаты, видимо разыскивали Мориса, в надежде на то, что он придёт.

— Извините… — Прошептал лекарь, наступив на ногу простолюдинке.

— Да пошёл ты! — Вскрикнула мерзким голосом женщина.

Савьен поморщился, и отряхнул плащ, будто бы её речь испачкала и без того грязную одежду. Лекарь глядел в сторону хамки, пока не уткнулся спиной в Мориса. Повернувшись, он застал спор. Гигантский мужчина, под два метра, возвысился над адмиралом, злобно глядя в его капюшон.

— Куда без очереди лезешь, мразь? — Хрипло, но достаточно громко проревел мужик.

— Извините, мне необходимо быть в первых рядах, я думаю вы могли бы уступить место для меня и моего товарища.

Адмирал фальшиво улыбнулся и указал на Савьена. На его лице также проступила ухмылка. Золотое око блеснуло на свету.

— И отсюда слышно.

— Прошу вас, нам действительно очень надо.

— Ты с первого раза не понял, чучело разодетое?

Незнакомец потянул адмирала за синий мундир, спрятанный под балахоном. Заметив, что это одежда солдата, лицо мужика побледнело. Ещё сильнее оно побледнело после того, как он почувствовал холод через тонкую рубашку. Металлическое дуло пистолета тыкало ему в живот. Савьен удивился ничуть не меньше простолюдина, и выпучил глаза, оглядываясь, не видит ли это кто-то ещё. Однако все остальные граждане были сфокусированы на речи принца.

— Мы пройдём. Не стена, подвинешься.

— Да, д-да… Конечно! — Громогласный голос значительно подобрел, и мужик, распихивая всех рядом, сдвинулся в соседний ряд.

Адмирал мигом занял место у перил, и, схватив лекаря за коричневую рубашку, притянул его поближе. Савьен поудобнее расположился, локтем растолкав соседей справа, и принялся искать глазами Эрисию. Амфитеатр — чудо архитектуры. Громадный купол на двадцать этажей, десять уходят вниз, под землю, и ещё десять возвышаются над городом. Разные уровни граждан находились на разных уровнях балконов. Форма здания идеальна, чтобы голос отражался от стен, доходя до любого из уровней. Разглядеть принца с этажа черни было тяжеловато. На самых высоких этажах, для особо важных персон, были бинокли, а здесь, только зоркие глаза. К сожалению, Савьен обладал только одним оком, и то, не слишком внимательным. Но наконец, взгляд зацепился за золотистый блик в центре амфитеатра, среди кучки парадных офицеров.

— Уже в короне… — Прошептал сквозь зубы Морис.

— Угу. — Лекарь кивнул, но этого адмирал не заметил, погружённый в выступление наследника.

— Паршивый лекарь, что годами травил меня ядом, обманывая отца. Он в тайне травил его тем же, подсыпая громадные дозировки ему в напитки!

Толпа роптала, негодуя. Но Савьен ясно мог различить, что негодование у них только к его собственной персоне, а не к принцу.

— И вот, по истечению долгих лет его “верной” службы! — Голос был сильно саркастически наигран. С каждой секундой недовольство Эрисии всё усиливалось. Лекарь отсюда слышал, как его голос грубеет, теряя человеческие черты. — Монстр показал своё истинное обличье! За маской доброго и жертвенного спасителя, скрывался кровожадный убийца!

Простолюдины хором ахнули. Савьен услышал, как женщина справа от него упала в обморок.

— Доверчивые идиоты… — С большей злостью прорычал адмирал.

— Эта тварь погубила моего отца, великого Ильдара Неофита Третьего, бережного правителя, сильного и в тоже время доброго!

— Ха-ха… — На лице Мориса возникла истерическая улыбка. — Вот мразь то лживая!

— Он собирался погубить и меня, но я вовремя распознал обман! И теперь, я не дам загубить великую династию Неофитов!

— Ты её и так загубил, мелкий подонок!

Всё больше граждан оборачивались на адмирала, с отвращением глядя на его разъярённое лицо. Савьен пнул его в ногу.

— Не так громко, адмирал Морис!

— Постараюсь…

— Я продолжу нести брозды правления моего погибшего отца, и воздам убийцам по заслугам!

Толпа одобрительно взревела, но принц продолжил. Никто ещё не мог перекричать ропот людей, кроме демона, скрывавшегося внутри Эрисии.

— Почему же я сказал убийцам, а не убийце?

Глаза адмирала сузились. Он приблизился к бортику, внимательно вглядываясь в точку вдалеке, которой являлся принц.

— Да потому-что Савьен, королевский лекарь, лишь пешка на этой шахматной доске! Настоящий предатель — адмирал Морис, который обманом отобрал законную власть у моего отца!

— Нет, нет, нет, не смей… Даже не думай об этом… — Казалось, что Морис сейчас вывалится за пределы балкона, настолько сильно он наклонился вперёд.

— Он запер Ильдара в королевской усадьбе совместно со мной, и думал, что мы будем послушно сидеть там, пока он правит страной. Но даже этого ему не хватило! Он решил, что если мой отец умрёт, я стану слишком большой преградой его фантомной власти. Потому, его решением было запереть меня в Фатилии, поженив на принцессе Линде, чтобы я остался там, на отшибе мира, далеко от дома!

— Да как он смеет! — Выкрикнул адмирал.

— Да заткнись уже, мужик. — Возразил зевака рядом.

— Ты слышал его? Он же нагло лжёт!

Пока Морис спорил с толпой, Савьен продолжал вслушиваться в слова принца, навострив уши.

— Из этого можно предположить, что Чайду Иссари, и всё правительство Фатилии замешано в заговоре. Они подкупили адмирала, чтобы вторгнуться в Силивар, и поставить Мориса наместником в очередной своей колонии!

— Что?.. — Челюсть лекаря отпала от таких заявлений.

— Но я защищу нашу страну. Я объявляю войну! Отныне Силивар официально воюет с Фатилией! Мы разгромим этих вшивых нахлебников, а дочь Чайду послужит кормом бродячим собакам на улицах столицы!

Голос Эрисии стал чудовищным. Луна нависла над амфитеатром, и тень наследника стала постепенно вырастать, охватывая собой всё больше этажей. Савьен медленно пятился, отходя от бортиков балкона. Руки дрожали от страха, пока тот мог видеть их. Однако через мгновение этаж охватила тень. Абсолютная темень. Теперь, был слышен лишь крик. Громогласный и единый.

— Ура!

— Пусть Фатилия исчезнет!

— Слава королю!

— Слава Эрисии Первому!

Голоса смешивались во едино, отталкиваясь от стенок черепа. Голова раскалывалась. Савьен схватился за волосы, и оглянулся на адмирала.

— Господин Морис, нам надо уходить…

Однако солдат был занят другим. Его окружила толпа зевак, споря с ним, крича, и толкая его в грудь. Он активно размахивал руками, брызгая слюной.

— Да как вы не понимаете, он узурпатор, а не адмирал! — Кричал Морис во всю глотку.

— Да как ты смеешь так говорить о короле!

Один из крупных мужчин схватился за рубаху Мориса. Она натянулась, и толпе открылась нашивка на груди. Три стрелы пронзающие луну, погоны адмирала. Простолюдины ахнули.

— Вот чёрт… — Чуть слышно прошептал Савьен, в страхе выпучив глаза.

Глава 3: Священный эфес

— Предатель!

Чей-то тяжёлый кулак врезался в грудь адмирала, выбив весь воздух из лёгких. Тело пошатнулось, вылетев из хватки мужика.

— Бей убийцу!

Злостный гам толпы заполонил весь этаж. Люди со всего амфитеатра стягивались на шум, создавая вокруг адмирала и Савьена стену из плоти и костей. Пробиться сквозь крепких горожан было крайне сложно. Глаза Лекаря отчаянно бегали из стороны в сторону, пытаясь зацепиться за что-то, пока не остановились на адмирале. Он медленно попятился, пока не упёрся об ограждение этажа. Изо рта текла какая-то жидкость, из-за ночной темени разглядеть что-это было невозможно. Трясущаяся рука провела по челюсти. На пальцах осталась кровь. Морис тяжело дышал, в голове всё гудело. Крики людей смешивались со звоном в ушах. Адмирал устало поднял голову. Напротив до сих пор двоился образ громилы, одним ударом выбившего из него весь дух.

Морис прикусил окровавленную губу. Во рту настоялся вкус металла. С оглушительным рёвом он обрушил свой кулак на нападавшего. Тот взрезался прямо в живот. Мужик сложился надвое, прохрипев. Глаза выпучились, глядя ровно на противника. Немного потупившись, нападавший упал на колени, держась за низ живота, и мыча. Зеваки смотрели на Мориса. Кто-то со страхом, кто-то с удивлением, кто-то со злобой. К счастью, Савьен заметил и восхищённые взгляды, но таких было от силы штуки три. Один из низкорослых горожан указал трясущимся пальцем на адмирала. Его челюсть задрожала, пока из неё не вырвалось злополучное слово.

— Убийца… — Медленно, процедив каждую букву, проговорил он.

— Взять его! — Проревел ещё один из зевак.

— Хватит!

Неожиданно взревел адмирал. Быстрым движением руки он достал из спрятанной кобуры оружие. Пистолет блеснул в ночи. Дрожащие руки направили дуло в сторону толпы. Люди ахнули, и попятились, создавая бреши меж друг другом. Морис изобразил злобный оскал, грозно махая пистолетом.

— О, господи, помилуй! — Заревела какая-то женщина неподалёку.

В глазах толпы читался животный страх. Направленный пистолет поменял роли. Теперь жертвы — стадо животных, которое нужно забить. Однако Морис не собирался стрелять. Вторая рука оторвалась от пистолета и юркнула в карман, достав небольшую причудливую рацию. Глаза всё ещё были внимательно уставлены на зевак, давая понять, что он готов выстрелить. Неглядя, рука начала теребить ползунки на рации. Иногда глаза поглядывали на устройство, чтобы побыстрее настроиться на нужную волну. Наконец, адмирал поднёс рацию ко рту. В общий гомон страха и возмущения тихо проник его голос.

— С миром не получилось, забирайте здесь всех. Приём.

Услышав слова Мориса, люди начали разбегаться в стороны, толкая друг друга. Многие падали на каменную плитку, расшибая головы. Многих же, ещё живых, топтали замертво. За несколько секунд весь балкон опустел. Адмирал убрал пистолет обратно в кобуру, и устало рухнул на перила.

— Боже правый, ну неужели нельзя хоть раз обойтись без проблем! — Злобно проревел Морис, закатив глаза, и томно выдохнув.

— Причиной этих проблем является ваш острый язык, который решил что-то доказать простолюдинам.

— Я бы сделал это снова! Я не потерплю таких гадких слов в свою сторону!

— В мой адрес тоже не мало обвинений прилетело, но я почему-то не ушёл побитый.

— Вы были в тени моих споров.

— Я всегда в тени. Это удобно. Вам тоже советую попробовать.

Принц прервал свою речь. Странно, Савьен хоть и не разбирал её, но она всегда шумом звучала в голове. Лекарь подошёл к перилам, взглянув вниз. Подле лжеправителя стояло несколько солдат, только-только подоспевших. Из-за причудливой формы здания даже их тихий шёпот, хоть и смутно, но улавливался на высоких этажах.

— Морис… Десятый… Лекарь… — Различались редкие фразы среди неразборчивого шипения, отбивавшегося от стен.

Послышался лёгкий смешок Эрисии. Постепенно он перерастал в истерический смех. Принц разразился хохотом, пугая простолюдинов на этажах.

— К нам пожаловал лично адмирал! — Раздалось эхом на весь амфитеатр. — Лжекороль решил прийти на свою же казнь!

— Что я и говорил. — Чуть слышно прошептал Морис.

— Господи, лучше молчите, мы уже это проходили!

К сожалению, одного слова было достаточно. Сзади уже кто-то шёл. Савьен обернулся, но вместо того, чтобы увидеть озлобленных простолюдин с дубинками, разглядел небольшой отряд солдат Силивара. Они быстро оцепили весь десятый этаж, направив винтовки вверх, и заняв охраняющую позицию. С лиц, из под меховых шапок, струился пот. К адмиралу медленно приближался комиссар Чарна. Роскошный синеватый мундир, покрытый серебрянными цепями, которые побрякивали при каждом шаге. Лысую голову закрывала фуражка с нашитыми на неё погонами. Крыло орла, раздувающее листья. Символ комиссара. На груди была пошита эмблема винтовки. Комиссар вооружённых сил. Чарна подошёл к обеспокоенному адмиралу, громко топая сапогами.

— Адмирал Морис, приказ выполнен. Солдаты расставлены по периметру всего этажа. — Комиссар отдал честь, и поклонился старшему по званию. — Небольшие отряды начали прорываться на нижние и верхние этажи. Нашим солдатам оказано резкое сопротивление. Разрешите использовать летальное оружие?

— Разрешаю.

— Господин Морис. — Деликатно начал Савьен, чуть заметно опустив руку на плечо адмирала. — Едкий дым силира распространится по всем этажам, и погубит всех без исключения!

Адмирал молча скинул ладонь со своего плеча, порылся в небольшой сумке, и ткнул небольшим респиратором Савьену в грудь. Лекарь схватился за него, и пальцы Мориса отпустили устройство. Савьен поглядел на респиратор, затем на адмирала, опустил взгляд на нижние этажи. Глаза снова посмотрели на Мориса. Лекарь кивнул, закрыв лицо рукой.

— Наши солдаты поймают этого убийцу! — Безостановочно кричал принц, неестественно грубым голосом.

Адмиралу крик наследника изрядно надоел. Он махнул рукой, и к нему быстро подбежал сержант, поклонившись.

— Громкоговоритель, живо.

— Так точно!

Солдат понёсся прочь, в сторону выхода. Морис опёрся на перила, злобно уставившись на Эрисию. Савьен также положил руку на перегородку, глядя на адмирала.

— Ваш план точно сработает?

— Не уверен, но надеюсь.

— Адмирал! — Морис повернулся, и увидел солдата, бегущего с громкоговорителем. Ноги заплетались, а устройство покачивалось в руке, издавая механический скрип. — Ваш громкоговоритель!

— Вольно.

Сержант ещё раз откланялся, и скрылся. Морис взялся за ручку устройства. Он медленно развернулся обратно к сцене. На лице повисла гневная ухмылка. Громкоговоритель направился вниз, а адмирал прислонил рот к одному из его концов.

— Эрисия! — Взревел суровый голос.

И так громкий рёв отбивался от стен, и возвращался обратно. Савьен закрыл уши пальцами, зажмурив глаза.

— Ты не король, ты не имеешь права отдавать приказы до восхождения на трон!

Слова прозвучали грозно, громогласно, и главное, правдиво и решительно. Гам толпы снова поднялся. “А действительно, ведь так нельзя!” — Пронеслось в мыслях у многих зевак.

⋘ ──── ∗ ⋅◈⋅ ∗ ──── ⋙

Мрачное и гневное лицо Эрисии, ещё недавно выкрикивавшего обвинения, резко повеселело. Злобная ухмылка натянулась от уха до уха. Лёгкий смешок вырвался из поражённой хворью груди. Наследник театрально развёл руками, обводя взглядом аристократов на первом этаже.

— А ведь действительно, верное замечание, узурпатор Морис!

Адмирал точно смутился, эта мысль не давала покоя. Принц представил возмущённое и непонимающее лицо Мориса, и непроизвольно расплывался в улыбке, что отлично передавалось в голосе.

— Если вас так волнует моё положение… — Эрисия специально замолчал. Тянул интригу. Он смотрел на десятый этаж, хоть и не видел адмирала, но чувствовал его взгляд, обеспокоенный, полный страха. Как у животного, которого загнали в угол, и сейчас будут резать. — То коронация пройдёт прямо здесь и прямо сейчас!

“Бум! Накал страстей!” — Радостная мысль, закончившая речь.

Двери первого этажа распахнулись. По периметру, вдоль стен, разбежались солдаты и музыканты с трубами. Они прямо на ходу начали играть фанфары. Эхо отскакивало от стен, искажая музыку, но на это было плевать. Неважно как звучит это для челяди, главное как это будет звучать для Эрисии и адмирала. Битва умов, которая только началась, и, казалось, ещё не скоро закончится.

В ворота колонной медленно прошагали божьи служители. Бледные мантии собирали грязь с пола. Металлические венки расходились по лысым черепам. Священники медленно огибали принца, создавая импровиззированную арену из людей. Из яркого света фонарей по ту сторону двери, к наследнику зашагал он. Представитель церкви, носитель священного эфеса. Секутор, глава церкви. Его длинные седые усы кругами завивались над губой. Белая ряса также шаркала по полу, но была безупречно чистой. Позолоченные полоски рассекали ткань, создавая хаотичный узор. На голове красовался золотой венок, слегка потускневший и поцарапанный, реликвия древности.

Секутор медленным шагом подходил к принцу. Наследник заворожённо глядел на него, с жадностью и желанием провести эту церемонию поскорее. Священник подошёл вплотную. Эрисия слегка попятился, встав по центру сцены.

“Всё должно быть идеально.”

Божьи служители начали хором завывать. Всё это складывалось в ангельское пение, смешивающееся во едино с музыкой трубачей. В хватке секутора находился перевёрнутый эфесом кверху меч. Идеально отполированный металл, казалось, что он прозрачный и состоит из хрусталя. Изящные узоры на рукояти, неразборчивые, но имеющие столько скрытого смысла, который никогда не суждено постичь жалкому человечеству. И обломанный клинок. Светлый металл, швами расходящийся уже через пару десятков сантиметров. Обломок древней реликвии. Священный эфес.

— Ну же, давай… — Прошептал принц.

Секутор взглянул на него с подозрением, но всё таки начал речь.

— Все присутствующие сегодня станут свидетелями великого обета. Свидетелями начала королевского долга перед богом.

Наследник затаил дыхание, с трепетом закрыв глаза. Пальцы секутора крепче обхватили рукоять меча.

— Неважно кто вы, враг, друг, простолюдин или знатный, отныне, вы — подчинённый короля, служителя господа.

Колени тряслись от возбуждения. Улыбка непроизвольно захватывало лицо, придавая принцу неестественный вид. Священник будто бы видел в нём демоническую сущность, но не мог воспротивиться. С омерзением в глазах, он немного отстранился, и продолжил.

— Чтобы утвердить власть принца, в его хранение будет передан священный эфес, оружие, которым Ги́лиан Первый разрубил врагов империи тысячи лет назад. Воистину тяжёлая, но праведная ноша.

Медленно секутор протянул меч наследнику. Пальцы Эрисии судорожно забегали, руки задрожали. Ладонь с трепетом опустилась на эфес меча. Вторая опустилась следом.

— Эрисия Неофит Первый, клянётесь ли вы перед богом, защищать державу?

— Клянусь. — Так неестественно гадко и притерно вырвалось из испорченных губ.

— Эрисия Неофит Первый, клянётесь ли вы перед богом, защищать честь вашей семьи, и продолжить династию?

— Клянусь. — Как лживо и наиграно прозвучало это “клянусь”.

— Эрисия Неофит Первый, клянётесь ли вы чтить память Гилиана Первого и его двенадцати всадников?

— Клянусь.

Затишье. Все замолкли, с трепетом глядя на наследника. Секутор отпустил оружие, и Эрисия почувствовал тяжесть святого эфеса. Схватившись за рукоять, он гордо поднял меч над головой. Металл блеснул в ночи.

— С данной секунды, Эрисия Неофит Первый вступил в должность короля и защитника Силивара.

Глава 4: Нет добра без худа

— Мразь!

Адмирал швырнул громкоговоритель на влажную плитку. Устройство с грохотом ударилось о пол, и механический скрежет ударил по стенам и ушам всех вокруг. Савьен ещё глубже втолкнул пальцы в уши, но скрип проникал в глубины разума. Морис также стиснул зубы от недовольства. Прикрыв уши ладонями, он подошёл к громкоговорителю и пнул его. Тот покатился в сторону перил, пока не упал вниз. Через несколько секунд послышался металлический грохот. Девайс разлетелся на первом этаже, прямо рядом с принцем. Лекарь устало выдохнул, и открыл уши. Адмирал недовольно фыркнул.

— Он просчитал всё с самого начала! — Морис начал ходить из стороны в сторону, одаряя солдатов злобными взглядами. Те не выдерживали, и быстро опускали глаза в пол, чтобы не чувствовать на себя ярость предводителя. — Как вообще можно оставаться в рассудке с корнем хвори?

Адмирал бросил угрюмый взгляд на Савьена. Лекарь не смутился, рассматривая раздражённое лицо Мориса.

— Я не знаю. — Полным безраличия голоса ответил Савьен, и развёл руками. — Корень хвори редкий и крайне неизученный недуг. Мне нужно больше времени.

— Вам дали достаточно времени ещё при Ильдаре!

— Но не дали достаточно власти.

Лекарь достал из кармана шприц, и поднёс его к лицу. Закрыв правый глаз, он сосредоточился на узенькой игле, с которой стекала капля красноватой жидкости. Адмирал устало выдохнул и цокнул языком. Закрыв глаза, он махнул рукой Савьену.

— Рассказывайте, что вам нужно.

— Мне нужен мой собственный комиссариат.

— Многово требуете.

— Понимаю, но только так я могу добиться результатов.

В голове эхом отдавались крики толпы. Шум и гам, восторженный коронацией принца. Это всё сильно раздражало адмирала, что легко читалось по его лицу. В молчании слова простолюдинов отчётливее доходили до разума Мориса, чего он пытался избежать.

— Какие вам нужны полномочия.

— Убер.

— Исключено.

— Мне нужны уберполномочия, адмирал. — Савьен убрал шприц обратно в карман, и властно опёрся о перила. — Поверьте, моя власть не затмит вашу. Там где я играю нет света и глаз.

— Зачем вам уберполномочия?

Лекарь усмехнулся, будто это было и так очевидно.

— Чтобы излечить корень хвори, требуются испытания. Для этого требуются подопытные. Так как недуг редкий, найти таких довольно сложно, и многие из больных занимают достаточно крупные посты. Такие фигуры с доски без шума не убрать. — Савьен приподнял бровь. Адмирал понимающе кивнул. — Мне нужна власть над комиссариатом вооружённых сил, чтобы мне не могли задавать вопросы. Я должен обладать такой властью, с которой смогу вырвать хоть самого комиссара из тени.

Адмирал взглянул вниз, на принца. Тот продолжал хвастаться эфесом, и разогревать толпу. От этого зрелища во рту пересохло. Просто омерзительно. Морис повернулся к лекарю, еле заметно кивнув.

— Будет вам комиссариат.

— Комиссариат здоровья, пожалуйста.

— Не очень подходящее название.

— В точку. Вы правильно мыслите адмирал. Не можем же мы назвать его “Комиссариат пыток и прочей белиберды для того, чтобы вылечить принца от неизвестного недуга дарующего сверхсилу и неконтролируемую агрессию”!

— Я понял к чему вы клонете.

— Рад слышать.

“Пешка доходит до последней клетки, и становится ферзём.” — Савьен ухмыльнулся. Вид его улыбки заметно испугал комиссара Чарну, который мигом отвернул свой взгляд в сторону солдатов на посту. — “Ферзь без проблем может поставить шах даже самому королю. Выше ферзя фигуры нет, только другой ферзь. Но ничто не мешает переиграть соперническую фигуру.”

⋘ ──── ∗ ⋅◈⋅ ∗ ──── ⋙

— Ах да, сегодня в первых рядах отсутствует комиссар Чарна. — Наигранно разочарованно, почти плаксиво проревел Эрисия.

Новоназначенный король начал расхаживать по сцене, цепляя на себе взгляды комиссаров, всё таки явившихся на первый этаж, и поддержавших Эрисию. Те испуганно отводили глаза, когда встречались взглядами с его величеством. Юноша взглянул вверх, в сторону десятого этажа. Даже отсюда было видно скопление солдатов, жалких изменников, служащих под командованием комиссара Чарны. Сам собой напрашивался вывод.

— Знаете почему он не занял своё место на первом этаже? — Невыносимо слащаво, глупо, театрально. Так себя не ведёт король. Однако публике нравилось. Заговоры и их раскрытие, это будоражило кровь. Было ощущение свободы, будто Эрисия поймал за хвост всех изменников, которые веками разбазаривали страну. — Потому-что наш дорогой комиссар решил предать Силивар и присоединиться к узурпатору!

Король взметнул указательный палец в сторону десятого этажа.

— Под его командованием были убиты десятки мирных граждан на ложе для малоимущих! Под его командованием эта же ложа была захвачена. И не сомневайтесь, что под его командованием будет захвачен и престол.

Эрисия услышал обеспокоенный вздохи знатных дам с нижних этажей. Мужья, статные офицеры, успокаивали их, поглаживая по предплечью.

— Но я этого не допущу! Под моим правлением Силивар возродится из пепла подобно фениксу! Все укоренившиеся в ген-штабе воры будут лишены своих должностей! На их место мы поставим офицеров, проявивших особую доблесть в очищении нашей страны от предателей.

Последние слова были проговорены так медленно, чтобы до каждого дошёл их смысл. Мужья, недавно успокаивающие своих жён, вскочили со стульев, схватили оружие, и с винтовками наперевес побежали к лестнице на высшие этажи. Такая толкучка образовалась. На нижних этажах сотни вооружённых сторонников короля толпились, не давая протиснуться никому. Охота за адмиралом началась. Эрисия прекрасно знал как манипулировать толпой. Или прекрасно знало об этом то, что крепко засело внутри него.

— Однако, отцы бывают злыми. — Король наигранно грустно выдохнул. — Мой отец был не самым хорошим правителем, раз позволил захватить власть. Но я буду чтить его память. Ведь он, несмотря на все невзгоды, был отличным отцом. И чтобы доказать, что именно вы плетёте свою судьбу, я решил показать это на примере.

На нижних этажах остались только обеспокоенные дамы, старики, и особо-знатные люди королевства, которые не нуждаются в подачках от короля. Они все внимательно смотрели на Эрисию, иногда поглядывая вверх. Офицеры, как животные, проталкивали друг друга наверх, топтали более слабых, бились на глазах у других. Всё, лишь бы первым добраться до адмирала, и заполучить его оборванные погоны.

— Один из главных предателей нашей родины — комиссар Чарна. Но несмотря на это, его дочь, прекрасная госпожа Фарина, прекрасно понимает грехи своего отца. Она поддерживала меня в столь тяжёлые для государства дни. Без её опоры я не смог бы выдержать давления адмирала Мориса. Именно из-за Фарины я решил бороться. Я считаю, что такой человек должен воссидать рядом с королём, со мной. Именно такая королева мне нужна, а не иноземная шлюха с грязной кровью!

— Да!

— Правильно молвите, государь!

— Это верно!

— Я всегда знал, что Чарна предатель!

Ворчливые старики и дворяне поддерживали короля. Он прекрасно слышал их выкрики с первого этажа, и улыбка сама собой натягивалась на лицо.

— Спасибо всем, граждане Силивара, кто сегодня присутствовал на начале новой эпохи! Это будет легендарное время для страны! Но сначала, нужно разобраться с предателями. Доказательства смерти адмирала Мориса ожидаются у “Шести башен”, в бывшем музее вооружения. Отныне там расположен новый комиссариат вооружённых сил. Его название “Шесть пальцев.”. Комиссаром назначен Але́ко Доросски, бывший направляющий офицер первого торжественного полка.

Король театрально откланялся, поправил плащ, и размашисто зашагал в сторону открытых ворот.

— Желаю всем хорошей и спокойной ночи! — Напоследок выкрикнул Эрисия. Но никто этого не услышал, из-за криков офицеров, знатных дам, и многочисленных звуков выстрелов.

⋘ ──── ∗ ⋅◈⋅ ∗ ──── ⋙

Король раскрыл высокую дверь своих покоев, и прошагал внутрь. Солдаты закрыли двери, и заперли их. Эрисия вытер грязные кожаные сапоги о небольшой коврик, по которому совсем недавно стражи протаскивали труп его отца. На днях предстоит сыграть церемонию похорон. Юноша закатил глаза от усталости и раздражения. В груди что-то зарычало, затряслось и забилось. Глаза хаотично забегали, а изо рта потекла пена, капая на ковёр. Эрисия опёрся о стенку, переводя дыхание. Почти сразу припадок закончился. Король наклонился и сплюнул остатки пены. Изо рта тонкой струйкой стекала слюна. В висках застучала кровь. Зубы странно завибрировали, будто в них ковырялись какой-то стальной иглой. От воспоминаний об игле голова ещё сильнее заболела.

— Урод! — Непроизвольно, рычащим криком, вырвалось из груди короля.

Конечно же он думал об отце. Хоронить эту тварь совсем не хотелось, но чтобы власть была легитивной, нужно было притворяться. Притворяться что Ильдар был для Эрисии отцом, а не тюремщиком.

— З-здесь кто-то есть? — Испуганно спросил дрожащий женский голос из-за стены, ведущей в спальню.

Юноша ухмыльнулся. Голова упала на стену, глядя в потолок. Изо рта вырвался лёгкий смешок. Король отстранился, и побрёл к небольшой стене, закрывающей спальню, и разделяющей комнату надва. Эрисия прислонил правую руку ко рту, и зацепившись за палец перчатки зубами, резко снял её. Сплюнув перчатку на пол, пальцы схватились за вторую, также сняв её, и бросив куда попало. Медленно, мучительно медленно король крался к спальне.

— Э-эй?.. Есть тут кто?

Улыбка всё сильнее проявлялась на искажённом злобой лице. Ладонь опустилась на стену, медленно проходя по ней. Юноша обогнул перегородку, и наконец попал в спальню. Рядом с роскошной ложей стояла небольшая металлическая клетка. Через чёрную краску проглядывался ржавый металл. В этой клетке отец содержал собаку, Вирдийского шпица, королевскую породу. Небольшая блохастая тварь, которая теперь гнила среди металлических прутьев с распоротым брюхом.

Но кричала определённо не мёртвая собака. К металлическим прутьям была привязана девушка. Нежные бледные руки заведены за спину, и спокойно могли докоснуться до трупа собаки в клетке. Яркое красное платье опускалось до пола, закрывая колени, на которых простояла весь вечер гостья. Длинные тёмные кудри спускались с плеч, слегка грязные. На шее роскошное ожерелье из белого золота, в ушах серёжки с драгоценными камнями. Красивые глаза были перевязаны рваной тканью, ободранным куском полотенца, которым ещё недавно вытирали пол комнаты от крови Ильдара. Девушка непонимающе вертела головой, принюхиваясь, и пытаясь понять, есть ли в помещении посторонний.

Эрисия, очень медленно и тихо, приближался к гостье. Та почувствовала ветер, создаваемый его движениями, и непроизвольно вздрогнула. Губа задрожала, будто девушка была готова расплакаться.

— Кт-то вы?

— Фарина… — Прошептал притерный, омерзительный голос короля.

Гостья громко сглотнула. Глаза под повязкой заморгали активнее. Девушка поняла кто стоит перед ней. Страх сковал всё тело, и та не могла пошевелить даже головой. Обжигающие холодом, пальцы Эрисии прикоснулись к открытой и длинной шее красавицы. Та отстранилась, чуть слышно промычав.

— Эрисия, пожалуйста… Я не понимаю что происходит.

Фарина была очень напугана, что только сильнее подогревало интерес короля. Он подошёл вплотную к жертве. Та запрокинула голову назад, пытаясь быть как можно дальше от похитителя. Король схватил её за волосы, отдёрнув голову к себе. Девушка вскрикнула, после чего беспомощно запищала. Из под повязки потекли слёзы.

— Почему я здесь?.. — На глазах проступили слёзы. — Эрисия! — Плаксивым голосом выдавила Фарина.

— А ты ещё не поняла? — Безжалостный, холодный голос. Ни намёка на страсть. Лишь животная похоть.

Девушка всё прекрасно понимала, но не хотела осознавать. Холодные пальцы докоснулись до лица жертвы, смахнув слёзы. Одна рука опустилась на макушку, зарываясь в кудрявые волосы. Через мгновение Фарина услышала, как металлическая пряжка ремня с громким звуком упала на пол.

Глава 5: Упала корона, пропал ореол

— Хоть они и превосходят-с нас численно, наши полка всё равно-с лучше пользуются силирными винтовками. — Проворчал неряшливый акцент Бри́нотоса в общем гаме ген-штаба.

Невыносимый гул поднялся в зале совещаний. Десятки людей, солдаты, комиссары, все толпились вокруг небольшого стола, и каждый считал нужным высказать своё мнение. Савьен глядел на это со стороны, переключаясь с диалога на диалог.

— Мы не можем допустить распространения влияния Эрисии за пределы столицы! — Выкрикивал голос комиссара Крича в другом конце комнаты. — На данный момент лишь малая часть городов вокруг Стонгольма обладают слухами о смерти короля.

— Комиссар Крич. — Солдат по правую руку от топнул ногой, для привлечения внимания командира. — Все мы знаем о том, как быстро распространяются слухи.

— И-мен-но! — Прокричал по слогам Крич, ударяя указкой по карте, располагавшейся на стене, на каждом слоге. — Слухи ползут о смерти короля. Однако ложная версия, распространяемая Эрисией, о его отравлении, ещё не вышла за пределы Стонгольма! А значит, мы можем использовать это в свою пользу!

Крич с небольшой шайкой солдат толпились напротив стены с гигансткой картой Силивара. Комиссар о чём-то размышлял, тыкал в место на карте, и часть солдат мигом выбегала из зала. Это не могло не радовать Савьена. Меньше народа — больше кислорода!

— Нормализация отношений с Фатилией, это ключевая задача! — Не обращая внимания на всех, рассуждал Морис. — Разобраться с заговорщиками и плаксивым подростком труда не составит. А вот армия врага, другой разговор. Конечно, Фатилия определённо не самая развитая страна, но очень богатая. Династия Иссари владеет громадной частью облигаций мирового банка, вот что нас должно волновать. Деньги, товарищи! Это корень всех зол!

Один только комиссар Чарна молча сидел среди десятков суетящихся людей, оперевшись на руки, и безжизненными глазами глядя в стол. Зрачки бегали из стороны в сторону, осматривая рельеф дерева. Руки медленно пробирались к лицу, чтобы прикрыть его, и не видеть ничего.

— Его солдаты старики! Многим-с офицерам под командованием короля больше пятого десятка. — Продолжал Бринотос, обращаясь к Морису, размахивая рукой перед своим лицом. — Не составит проблем-с быстро разобраться с ними сейчас, пока не поздно!

— “Шесть башен” и “Подъём” уже под его влиянием. — Крич встал на носочки, пытаясь указкой дотянуться до линий на карте. Он говорил обеспокоенно, быстро, но без злости. Рассудительности в его голосе, по мнению лекаря, было больше. — С каждым днём офицеры шести пальцев продвигаются всё дальше от дворца. Наши солдаты пытаются их сдержать на границе районой, но неизбежно образовываются бреши, распространяя слухи.

— Бринотос, я тебя прекрасно понимаю и слышу! — Слегка раздражённо говорил Морис, прикрыв глаза. — Но нам необходимо отложить вопрос с королём. Сейчас преоритетом для державы является наладить отношения с семейством…

— …У них моя дочь! — Выкрикнул Чарна, перебив адмирала. Руки зарылись глубоко в волосы. Пальцы вцепились в пряди, чуть ли не выдирая их.

Все замолчали, и обернулись на комиссара. Чарна сидел за столом, злобно глядя на адмирала. Руки, недавно прикрывавшие лицо, были гневно разведены в стороны. Ладони дрожали. Комиссар обессиленно хватал ртом воздух, пробегаясь глазами по всем, кто находился в зале.

— А чья это вина? — Недовольно заворчал Крич, тыча указкой себе в губы, и пробуя её на вкус.

— Ты хочешь сказать что моя? — Недоумённо спросил Чарна. Голос сорвался, выдавая писк.

— Не вижу противоречий-с. — Высказался Бринотос. — Вы сами оставили госпожу-с Фарину без присмотра.

— Да-да, правильно говорит иностранишка! — Впился мерзкий голос картографа Крича. — А ведь вы комиссар вооружённых сил. Могли бы поставить кого-нибудь на охрану!

— А ведь вы картограф, Крич, могли бы пролить нам речушку в неплодородные районы! — Саркастично выкрикнул Чарна, после снова с головой нырнув в отдышку.

Крич демонстративно фыркнул.

— А ведь вы могли бы самолично сопровождать свою дочь!

— Таскаться с дочерью? — Сорвался ещё не восстановившийся голос Чарны. — Вы с ума сошли? Ей уже девятнадцать!

— Да, таскаться! — Спорил с ним оскорблённый картограф.

— Может быть вина вообще лежит на адмирале Морисе? — Выкрикнул Чарна, ткнув пальцем в сторону адмирала. — Почему он вообще позволил Эрисии захватить власть?

— Довольно! — Кулак адмирала взрезался в стол. Фигурки, находившиеся на карте, разлетелись в разные стороны, и скатились на пол.

Комиссары вздрогнули. Солдаты в спешке откланялись, и покинули зал, хлопнув дверьми. Повисла тишина. Савьен чуть слышно хихикнул, глядя на озлобленного адмирала.

“Ну и спектакль, похлеще чем тот, что устроил маленький чертёныш в амфитеатре!”

— Мы все в этом виноваты. — Рассудительно пробормотал Морис, отойдя от гнева. — Значит решать это тоже нужно всем.

— Так точно! — Крич поклонился, чуть не проколов себе глаз указкой.

— Самая главная проблема на данный момент — Чайду Иссари и его чёртова семейка.

Чарна недовольно фыркнул, скрестив руки на груди. Однако возражать он не стал.

— Мы ещё не готовы к войне с Фатилией.

Савьен истерично закашлялся, выпучив глаза.

— Ещё? — Возмутился лекарь, отпрянув от стены. Комиссары проигнорировали его, даже не обернувшись.

— Эрисия хоть и молод, но точно не глуп. Вероятнее всего, он подготовит, или уже подготовил ловушку для нашего дорогого Чайду. — Глаза Мориса оббегали собеседников, пытаясь найти в их зрачках отклик. — Очевидно, что бы то ни было, объявление войны, или ловушка, оно пойдёт по радио-каналу.

Бринотос прислушался. Радиотехника была в его компетенции.

— Система радио вещания из Силивара до Фатилии состоит из трёх контрольных пунктов. Северо-восточный пункт, Аванпост Нангского залива, и дальний рубеж. Всё, что находится за дальним рубежом, а по сути за Нангским заливом, уже не подчиняется Силивару. Следовательно, перехватить сигнал нужно в одном из первых двух пунктов.

— Как перехватить, адмирал-с? — Раздался грубый и неряшливый акцент инженера.

— К сожалению руками. Система защиты, настроенная при установке радио-станций, на данный момент непреодолима. Единственным вариантом, на дданный момент, будет прибыть в один из пунктов, и вручную перехватить сигнал. Аванпост мгновенно вычёркивается из списка, так как находится слишком далеко, на стыке границ. А вот добраться до северо-восточного пункта за пару часов вполне реально. Комиссар Бринотос и комиссар Чарна, вы справитесь?

Последние слова были проговорены с надеждой. Адмирал повернулся к Чарне. В глазах Мориса, впервые за столь долгое время, было что-то родное, любящее, заботливое, и умоляющее. Чарна тяжело вздохнул, и развёл руками.

— Ладно, ваша взяла, адмирал.

Комиссар встал из-за стола, и поправил кобуру. Бринотос также медленно поднялся, без слов кивнув Морису.

— Выдвигайтесь прямо сейчас, на лучших лошадях, которых только найдёте. Времени мало. Я попытаюсь связаться с вами через час по волне в 107 МГц. Мы будем ждать четыре часа, после чего примемся за разработку плана войны с Фатилией. Ведь если вы провалитесь, этого не избежать.

— Вас понял, адмирал. — Отозвался Чарна.

— Мы вас не подведём-с!

Комиссары хотели удалиться, но поймали на себе чей-то нервный взгляд. Обернувшись, все догадки подтвердились. За столом сидел ещё один комиссар. Длинные блондинистые волосы, остроугольное лицо покрытое шрамами. Открытые участки тела также были в ожогах и порезах. На тело была накинута лёгкая рубашка, поверх тяжёлые доспехи, защищающие самые важные места, но позволяющие терять в мобильности не так много, как в полноценном рыцарском обмундировании. В руках он держал громадный клеймор. Никто и никогда не видел его без своего меча. Жёлтые, блестящие глаза, взглянули в душу комиссарам. Страх проел их изнутри, и они отвели взгляд.

Адмирал всё это время наблюдал за этим. Тихий до этого комиссар, сейчас был намного громче любых слов и выкриков. Однако Морис выдерживал его взгляд, играя с ним в гляделки. Два суровых взгляда. Адмирал держался долго, пока в жёлтых глазах не разглядел что-то. Вернее, кого-то. Серая субстанция, засевшая глубоко в мозге комиссара. Корень хвори.

— Ты что-то хотел, Дэлас? — Морис зажмурил глаза, но всё ещё глядел на размытый силуэт рыцаря.

— Да, адмирал. — Комиссар встал, крепче взявшись за рукоять клеймора. — Хотелось бы самолично выполнить миссию, дарованную моим коллегам.

Чарна и Бринотос обеспокоенно смотрели на адмирала. Крич в дальнем углу даже не поворачивался в их сторону.

— Я рад, что ты за столь долгое время соизволился посетить ген-штаб. Но задание было даровано другим комиссарам.

— Постойте, адмирал Морис. — Неожиданно для всех, в разговор встрял Савьен, вытянув ладонь перед собой. — Это же…

—…Рассекатель богов, сама смерть, неотвратимость, погибель луны. Какое из этих имён ты слышал по отношению к Дэласу?

— Погибель луны. — Медленно произнёс лекарь. — Я удивлён, что кто-то может контролировать корень хвори. И если так, то погибель луны единственный человек, кто может физически превзойти Эрисию.

— К чему ты клонишь?

Савьен повернул взгляд на Дэласа. Его глаза уже давно изучали лекаря. Надменно, жутко, властно. Даже Савьену стало не по себе.

— Погибель луны… То есть… Комиссар Дэлас. — Глубокий вдох. “Дышать, Савьен, не забывай дышать. Ах, да, точно, и моргать!” — Вы сможете сдержать Эрисию в моём сопровождении?

— Савьен. — Угрюмо пробормотал адмирал.

— Это наш шанс вколоть лекарство! А там я его подкорректирую, воспользовавшись особенностями Дэласа.

— Никто не будет мной пользоваться! — Громогласный рёв погибели луны прервал бурное обсуждение. — Но я согласен. В моём списке давно не появлялось новых имён.

— В-вот и славненько! — Выдавил из себя дрожащим голосом Савьен.

⋘ ──── ∗ ⋅◈⋅ ∗ ──── ⋙

— Божественный голос оплакал страну.

Плаксивый, жалобный хор раздавался откуда-то сверху капеллы. Эрисия поднял взгляд. Внутренности купола были исписаны разнообразными рисунками, повествующими о прошлом. Картины о священном эфесе, Гилиане первом и его двенадцати всадниках. Различные войны, священные и великие. Однако все понимали, что войн великих и священных нет.

— Погрузится царствия взгляд в тишину.

Монахи и монахини продолжали петь. Они находились где-то сверху, под куполом, в необозримой для прихожан зоне. Король помотал головой. Надо было отвлечься от этого бреда. Песнопения, церемония, всё это лишь мешает истинному величию и мести. Чайду должен был явиться на похороны, но так много дел навалились на Эрисию, что он даже не успел отправить приглашение по радио-станции. Ну ничего, вечером всегда есть время, если конечно его не занимает “дорогая жена”.

Вокруг короля постоянно ходили люди. Знатные, солдаты, священники. Все хотели встретиться с новым правителем. Кто-то подходил и кланялся, кто-то завязывал более долгий диалог. Не важно кто и сколько занимал времени, всё это быстро выбешивало. Всё чего хотел Эрисия — увидеться с возлюбленной. Восполнить низменное желание, будто бы это питало его изнутри. Размышления и фантазии вновь прервал неизвестный гость. Высокая девушка, рост которой определённо заслуга обуви. Роскошное платье переливалось под разноцветным светом мозаек. Длинные красные волосы развивались до самого пояса, аккуратные, собранные в элегантную причёску. Дама откланялась.

— Ваше величество. — Она внимательно взглянула в его глаза, улыбнувшись. — Я госпожа Ситра, очень давно желала с вами личной встречи.

— Аж госпожа? — Усмехнулся юноша. — Чем же вы завоевали такой статус?

— Удивлена что вы не слышали. Или ваш разум слишком занят, чтобы вспомнить незнакомую аристократку? — Дама провела пальцем по щеке юноши. Тот встал как вкопанный, не способный сдвинуться с места.

— Вы так и не ответили на мой вопрос.

Вот оно, хоть какое-то веселье и разнообразие на этом празднике смерти.

— Госпожа Ситра, крупнейший акционер мировой биржы.

— Разве крупнейший акционер не Хаф-Де-Волгард?

— С недавнего времени я.

— Думаю вы заслужили такое звание.

— Ещё бы. Вы не представляете, чего мне это стоило.

Длинный палец, с золотым когтистым перстнем, плавно шёл к губам юноши. Дама усмехнулась, проведя по ним. Почувствовала власть над королём. Осознание этого разозлило Эрисию. Он схватил руку Ситры, и отвёл её. Но вторая рука девушки быстро перехватила атаковавшего. Несколько секунд они смотрели друг на друга. Ситра отвела руку короля подальше, и прильнула почти вплотную к его лицу. Он мог разглядеть всё. Чёрные точки на носу, потресковшиеся губы. Но даже с небольшими дефектами её лицо было безупречно.

— У меня есть небольшая сделка.

Эрисия прикрыл глаза, и начал медленно приближаться. Однако вместо Ситры, он почувствовал на своих губах её палец. Целовать короля никто не собирался.

— Расплачиваться натурой не придётся, не волнуйтесь. Вы представляете для меня куда больший интерес в деловом плане, чем в интимном.

Король не мог различать слова девушки. Ему было всё равно. Он внимательно смотрел на неё. Что-то внутри возмутилось тому, что он не смог поцеловать Ситру. Что-то внутри хотело сделать это насильно.

— Понимаете… Миров!..

Дама была прервана на полуслове. Эрисия схватил её за волосы, и прижался к губам девушки. Не прошло и секунды, как по спине правителя врезало что-то тяжёлое. Он отпрянул от губ, и прохрипел в лицо Ситры. Та мигом отпрыгнула. Было ясно, что она обеспокоена ситуацией, но прекрасно умела это скрывать. Король обернулся. Позади него стоял крупный мужчина в железной, ржавой маске. От него воняло за версту. Дырявая одежда, сальные волосы, выглядывающие из под капюшона. Лица не было видно, но на нём явно теплилась злобная гримасса. Как Эрисия это понял? По наставленному в грудь позолоченному револьверу. Чудо инженерии, столь бережно представленное королю.

— Это судебный дуэлянт. — Раздался милый голос Ситры из-за спины. Будто ничего не произошло. — Он служит крупнейшим акционерам, вроде меня. Не советую с ним связываться.

Дуэлянт продолжал молча стоять, тыкая в грудь пистолетом всё сильнее и сильнее.

— Что здесь происходит? — Послышался голос пожилого офицера, со всех ног спешившего к королю с кучкой таких же потрёпанных солдат. — Король Эрисия, с вами всё в порядке?

— Да… — Непонимающе прошептал юноша, глядя в пустые глаза маски.

Он что-то в них видел. Гладкая, пустая чернота, отражала его лицо. Испорченное, искалеченное, уродливое. Глаза заполнились страхом. Эрисия медленно попятился, продолжая смотреть на себя в отражении. Чудовище. Разум прорезался. Король обернулся на девушку. Она с отвращением рассматривала недоумевающее лицо юноши. Как он раньше не заметил этого отвращения? Или… Оно появилось только сейчас?

— Госпожа Ситра… Простите…—

—…Не стоит извиняться. Я была о вас лучшего мнения, Эрисия Неофит. — Дуэлянт оказался возле дамы. Так тихо прошёл за спиной короля, что тот даже не заметил. — Может быть ещё увидимся.

— Постойте!

Эрисия вытянул руку, но дама уже не слышала его, или делала вид, что не слышит. Она быстро ускользнула сквозь толпу, оставив юношу. Король некоторое время смотрел ей в след, вызывая вопросы у солдат, подоспевших на помощь.

— Ваше величество, вы в порядке? — Переспросил офицер.

Король взглянул на свои руки. Они дрожали. Пальцы залиты кровью. Красная жидкость капала на пол. Глаза сомкнулись. Когда веки разошлись, руки были чистые.

“Что же я наделал?” — Даже в мыслях голос дрожал.

— Великий правитель оставил престол, — Продолжал церковный хор. — Упала корона, пропал ореол.